23.72
26.32
Спецтемы

Der Spiegel: Трамп наступает на Германию и глобальную экономику (перевод)

Новости
3 года назад

Перевод второй части статьи, опубликованной 28 января на сайте журнала Der Spiegel.

Ссылка на первую часть

Немецкие производители под угрозой

Наварро поддерживает новый министр торговли Уилбур Росс. Он заработал миллиарды на рынке ценных бумаг и сравнивает свободную торговлю с крепостным строем. Прошлой осенью они стали соавторами статьи, в которой возложили ответственность за падение американской промышленности на ВТО. В своем эссе они выступали за сокращение соглашений о свободной торговле, в которых участвуют США, с целью ликвидировать бюджетный дефицит, который сейчас составляет $500 млн.

Большинство экономических экспертов уверены в том, что эти антиторговые планы являются, как минимум, наивными, а, возможно, и опасными. «Государственные торговые барьеры принесут значительный вред экономике», – считает Фэлпс.

Немедленные последствия ощутят на себе те, кому Трамп обещал помочь: люди, которых глобализация оставила за бортом корабля. Они особенно зависят от низких цен. Если тарифы приведут к подорожанию импортированных товаров, качество их жизни резко ухудшится.

Однако, Трамп не обращает особого внимания на мнения экспертов. Он пообещал вернуть процветание ржавеющим американским промышленным городам, и, учитывая события последних недель, он, кажется, готов оказывать давление на любую компанию, которая решит перенести свои производства за рубеж.

Его первой жертвой стал конгломерат United Technologies, который планировал перенести несколько сотен рабочих мест из штата Индиана в Мексику. Трамп раскритиковал компанию в своем Twitter. Теперь же компания намерена сохранить некоторые рабочие места на территории США. Несколько американских компаний, такие как Ford, General Motors и полдюжины других также заявили о своих намерениях пересмотреть планы по переносу рабочих мест в Мексику после публичных нападок Дональда Трампа.

«Это выглядит, как экономика фашистских времен, – считает Нобелевский лауреат Фелпс. – То бишь, лидер должен нести ответственность за экономику и говорить компаниям, что им нужно делать».

Под угрозой находятся корпоративные инновации. «Если новатор рассматривает новую предпринимательскую идею и возможность открытия компании, но опасается нападок со стороны главы правительства, он подумает дважды, стоит ли вообще инвестировать деньги и усилия», – такое мнение высказал Фелпс.

Следующая цель

Совсем недавно Трамп осуществил нападки на фармацевтическую сферу. Требуя снижения цен на лекарства, он породил значительную неопределенность среди фармацевтических и биотехнологических корпораций. Что, если правительство захочет устанавливать цены в будущем? Возможно, стоит заморозить все инвестиции на некоторое время?

Трамп не обеспокоен такими проблемами. Скорее всего, он намерен проталкивать новый экономический порядок в США и на мировой арене. И он быстро дал понять, что немецкие компании – его следующая цель.

Он пригрозил компании BMW тарифом в 35%, если та построит фабрику в Мексике. В одном из своих недавних постов в Twitter, Трамп написал: «Если автокомпании и другие предприятия хотят делать бизнес в нашей стране, они должны делать это на нашей территории».

В своей атаке на немецкую автомобильную промышленность, Трамп выделил компанию, которая является примером идеального иностранного инвестора в Соединенные Штаты. BMW производила свои автомобили на протяжении двадцати с лишним лет в Спартанбурге, что в Южной Каролине. В 2016 году там было собрано более 411 000 внедорожников, что намного превышает количество автомобилей, которые компания продает в США. Вместе со своими поставщиками, BMW дает работу более чем 70 000 человек в США, и планирует нанять еще больше.

BMW вносит значительный вклад в сокращение бюджетного дефицита. 70% произведенных BMW в США автомобилей экспортируются. Более того, учитывая объём экспорта в почти $10 млрд., баварская компания является крупнейшим экспортером автомобилей в США. «Мы относимся к США, как ко второму дому», – заявил генеральный директор Харальд Крюгер.

Угроза не произвела особого эффекта в штаб-квартире компании в Мюнхене. Строительство фабрики в Мексике продолжается, завершение планируется в 2019 году. BMW спокойно может экспортировать седаны 3-ей серии, произведенные в Мексике, в другие страны, не обязательно в США.

Другие немецкие автопроизводители, однако, более уязвимы к высоким тарифам на импорт из Мексики. В их числе Daimler и Volkswagen. Daimler, конечно, производит автомобили в США на протяжении многих лет, и стремится усилить свое американское присутствие. К примеру, сейчас идет процесс переноса промышленных мощностей для производства фургона Sprinter из Дюссельдорфа в Южную Каролину. Но более чем одна треть всех грузовиков, которые Daimler продает в США, производится в Мексике. Тариф в 35% сделает это бизнес-направление убыточным.

Самоуверенный в контексте свободной торговли

Последствия для Volkswagen будут такими же печальными. Одна из важнейших фабрик компании расположена в Пуэбла (Мексика). Там производятся Golf, Jetta, Beetle и Tiguan. Более 60% машин, которые Volkswagen продает в США, производятся на этой фабрике. Компания также находится в процессе строительства новой фабрики в Сан-Хосе Чьяпас, где дочерняя компания Volkswagen Audi планирует производить внедорожники Q5 для экспорта в США.

На церемонии закладки, генеральный директор Audi Руперт Стадлер воскликнул: «Вива Мексика, Вива Ауди». Сейчас Стадлер отказывается комментировать нападки президента США на бизнес-модель компании. В этом он не одинок – исполнительные директора Daimler и BMW также отмалчиваются.

«Факт остается фактом – автомобильная промышленность опирается на свободную торговлю», – заявил генеральный директор BMW Крюгер.

«Я уверен, что взаимная интеграция в рамках мировой торговли приносит выгоду всем участникам», – такое мнение высказал генеральный директор Daimler Дитер Цетше.

Никто не хочет провоцировать Трампа. Для них сейчас главное увернуться от угроз, исходящих из Белого Дома. За кулисами компании ищут всевозможные выходы на доверенных лиц президента, чтобы использовать эти каналы для того, чтобы донести свою точку зрения до президента.

Некоторые немецкие компании, которые и так слишком активны на американском рынке, могут даже увеличить прибыль в условиях трампономики, особенно, если речь идет о массовых инвестициях в инфраструктуру. Они также могут извлечь выгоду из ослаблений правил, призванных защитить климат.

«Мы ожидаем от наших компаний, что они не будут увертываться в политическом плане или восхвалять предполагаемые выгоды авторитарной экономической модели, – считает Михаэль Вассилиадис, глава немецкого Объединения работников в горнодобывающей, химической и энергетической сферах (IG Bergau). – Те, кто годами выступали за космополитизм, гибкость и глобализацию, не могут просто молча принять американский протекционизм».

Немецкие исполнительные руководители вынуждены будут отказаться от своей сдержанности, учитывая агрессивность нападок Трампа на немецкую экспортную модель. Немецкая экономика сильно зависит от международной торговли, одна четвертая всех рабочих мест привязана к бизнесу за рубежом. Множество компаний фокусируются на глобальном рынке более века.

Немецкая экономика всегда процветала в условиях глобального рынка и беспрепятственного потока товаров и услуг. Несколько других индустриальных экономик также извлекли выгоду из торговли на рынках восточного полушария, в особенности Китай.  Но президентство Дональда Трампа может положить этому конец, по крайней мере, на время.

Массивный дисбаланс

Совсем недавно, Германия зарегистрировала рекордное положительное сальдо в рамках глобальной внешней торговли: разница между экспортом и импортом составила 260 миллиардов евро в пользу экспорта, что приблизительно равно 8% ВВП. В частности, процветала торговля в США, которая обеспечила 54 миллиарда евро положительного сальдо. Этот огромный дисбаланс был источником раздражения для американцев задолго до того, как Трамп стал президентом. Но как изменить дисбаланс такого масштаба?

Нельзя винить немецкую промышленность, её успешные товары и мощный экспорт, но политика немецкого правительства может быть виной тому, что внутренний спрос весьма слабый. И компании, и потребители тратят очень мало внутри страны. Карл Кристиан фон Вайнцзеккер, экономист из Института Макса Планка, разработал модель, которая поможет укрепить импорт, не вредя экспорту.

Предложение Вайнцзеккера предусматривает некий механизм торможения по текущему балансу. Парламент мог бы потопить НДС, мотивируя потребителей в Германии тратить больше на покупку импортированных товаров, тем самым, помогая экономикам стран, которые импортируют эти товары и услуги.

Конечно, немецкое правительство должно сначала одобрить эту модель, что маловероятно.

Конец глобализации?

Более вероятным сценарием является слабеющий немецкий экспорт, который будет потихоньку терять господствующее положение, в результате чего положительное сальдо растает само по себе. Глобализация теряет импульс и в мировой экономике происходит масштабный сдвиг. Гегемония Запада (США и Европы) над Азиатско-Тихоокеанским регионом слабеет с точки зрения влияния и важности, глобальный мир стает многополярным и более сложным.

«Мы считаем, что глобализации пришел конец, новые полюса образовываются в мире. Это касается политики, экономики и социальной сфер», – сказано в отчете экономистов Credit Suisse.

Это означает, что мировой экономический порядок, каким мы его знали до сегодняшнего дня, стал историей. «Он рассыпается», – считает профессор экономики Томас Штраубхар из Университета Гамбурга, добавляя, что международное разделение труда претерпевает изменения и что Германия должна найти себе место в этом новом порядке.

Вся политическая элита в Берлине внимательно и с тревогой наблюдает за решениями в Вашингтоне. В министерстве экономики ФРГ компьютерные системы работают без остановки с момента победы Трампа. Опираясь на стохастические модели общего равновесия, чиновники пытаются понять, какой эффект произведет на экономику ФРГ риторика Трампа и его первые официальные решения.

Они определили следующее: если самый влиятельный человек в мире решит изолировать внутренний рынок США, в зависимости от установленных барьеров, немецкая экономика может сократиться вплоть до трех четвертей пункта. Эксперты в составе министерства ужасаются от одной мысли, что США могут покинуть NAFTA, соглашение о свободной торговле между Мексикой и Канадой, которое было подписано более 20 лет назад. Если Трамп отменит соглашение, за этим последует шестимесячный переходной период до момента установления тарифов, как указано в сделке, подписанной в ходе Уругвайского раунда переговоров ВТО.

Чиновники в Берлине все еще верят, что новое американское правительство не зайдет так далеко. Они готовы поручиться, что американские компании, расположенные на юге и зависящие от поставщиков из Мексики, будут в ярости, если правительство предпримет такой шаг. «Представители Конгресса от Северной Каролины и Алабамы объяснят президенту возможные последствия таких действий», – сообщает источник в министерстве экономики.

Если Трамп отвечает за свои слова, экспортная отрасль должна приготовиться к резкому спаду.

Берлин в поисках альтернативы

Чтобы не допустить худшего развития событий, немецкое правительство уже находится в поисках альтернативы трансатлантической торговли. Немецкие политики фокусируются на реакциях, последовавших за решением Трампа прекратить переговоры по TPP; договор создал бы гигантскую зону свободной торговли между Азией и США.

Австралия и Новая Зеландия уже заявили, что готовы идти дальше и без участия США, а, возможно, даже установить зону свободной торговли с Китаем. Берлин также зондирует почву, чтобы убедиться, что немецкие компании смогут извлечь максимум выгоды из данной сделки. Рассматривается ряд соглашений со странами Тихоокеанского региона, которые обеспечат доступ немецким компаниям.

Чуть меньше шести лет назад, ЕС достиг первоначального соглашения с Южной Кореей. С того времени, немецкий экспорт в эту страну вырос на 50%. Но улучшение отношений с Китаем сулит куда большую выгоду. Новый союз между Берлином и Пекином может частично заменить трансатлантическое направление.

Годами важность китайской экономики для его соседей росла. После избрания Трампа, Китай станет более привлекательной возможностью для стран, которые раньше фокусировались на трансатлантических отношениях. Европа стала не просто ближе к Китаю в вопросах климата, Ближнего Востока и Иранской ядерной программы. Она может стать ближе и в контексте экономики.

Глава КНР Си Цзиньпин уже начал позиционировать себя, как защитника свободной торговли. «Мы должны придерживаться многосторонности», – заявил он на Форуме в Давосе, использовав термин, который Трамп расценивает в качестве ругательного слова. Он поддержал «глобальную сеть соглашений о свободной торговле» и предостерег от «формирования эксклюзивных групп, которые является фрагментированными по своей природе».

В этом году должно состояться подписание RCEP, которое создаст экономическую зону, включающую более 3 млрд. человек, открытую для западных стран. Германия, похоже, готова обратить свой взор на восток. «Европа должна разрабатывать азиатскую стратегию, – заявил новый министр иностранных дел Зигмар Габриэль. – Мы должны извлечь выгоду там, где Америка освобождает место».

По его словам, «Китай не готов быть равным партнером для инвесторов», имея в виду ограничения для немецких компаний, введённых Китаем. Но здесь скрыто и предложение: если разрешите доступ к рынку, мы сможем договориться.

Геостратегический ущерб

На данный момент, между Пекином и Брюсселем возникает много разногласий, связанных с дешевой китайской сталью и квотами на электромобили. Но, учитывая пламенную речь главы КНР в Давосе в защиту свободной торговли, многие в Европе верят, что экономический климат в Китае скоро улучшится. «Мы будем судить его по его словам», – сообщил источник в немецком правительстве. В среду немецкий канцлер провела телефонный разговор с премьером Китая, обсудив способы устранения «элементов неопределенности» в глобальной экономике. «Китай и Германия должны посылать глобальному рынку сигнал стабильности и защищать международную систему путем либерализации торговли и инвестиций».

Именно эти вещи были предметом предостережений оппонентов Трампа в контексте торговой политики последнего. Отказ от TPP, по мнению Майкла Формана, торгового представителя США при Обаме, «вручит ключи Китаю. Мы, по сути, отказываемся от нашего лидерства. Это нанесет «геостратегический ущерб».

Китай не является единственным ключевым элементом трампономики, который может обернуться против американцев. Агрессивный подход Трампа игнорирует широкомасштабные экономические последствия. Его план по стимуляции экономики за счет налоговых послаблений не только даст толчок фондовым рынкам. Он также повлияет на рост процентных ставок и укреплению доллара. Это сделает США более привлекательными для иностранных экспортеров, но сделает американский экспорт менее привлекательным для других стран, потому что он будет слишком дорогим.

В конечном счете, экономика может перегреться. Она и так работает на пределе, если добавить рост, нужно будет отрегулировать монетарную политику. «Если этого не случится, мы можем столкнуться с ситуацией, характерной для развивающихся экономик, за сильным подъёмом которых всегда следует сокрушительное падение», – предостерегает Филипп Хилдербранд, вице-председатель инвестиционной компании BlackRock. Этот сценарий может запустить ФРС, если поднимет процентные ставки, дабы избежать инфляции.

ФРС также обеспокоена тем, что Трамп может заставить её сдержать процентные ставки и оставить доллар слабым. Существует возможность, что Трамп начнет валютную войну. ФРС опасается, что Трамп будет оказывать давление на центральные банки других стран, если отрыв в процентных ставках между США, Европой или Японией станет слишком большим, а доллар слишком сильным. «В этой ситуации, он может потребовать, чтобы ЕЦБ повысил процентные ставки», – считает один из чиновников ФРС.

Новая динамика

Решающим моментом будет реакция сплоченной и уверенной в себе Европы на такие требования, и речь не только о процентных ставках.

Европейский комиссар по вопросам торговли Сесилия Мальмстрем, со своей стороны, доказала, что воинственный настрой есть: «Трамп или не Трамп, список тех, кто хочет сотрудничать с ЕС очень длинный».

В настоящее время, ЕС ведет торговые переговоры с более, чем шестьюдесятью странами, в том числе и Канадой, а также CETA. Премьер-министр Японии собирается посетить Брюссель в марте. ЕС и Япония, третья крупнейшая экономика мира, ведут переговоры с 2013 года, направленные на масштабную либерализацию торговли. Мальмстрем надеется, что сделка скоро будет заключена.

Переговоры с Вьетнамом уже завершены; в Южной Америке ЕС представляет себя в качестве альтернативы США; делегация от Комитета по международной торговле от Европарламента собирается посетить Мексику, любимую цель Трампа, в феврале. Европа предлагает Мексике новое торговое соглашение. «Абсолютно новая динамика в переговорах, которую можно ощутить», – считает Бернд Ланге, глава Международного Торгового Комитета в Брюсселе.

Нападки из Вашингтона могут стать тем толчком, в котором так нуждается весь европейский проект. Главный потенциал для Германии остается в торговле со старейшими партнерами: Францией, Италией, Нидерландами и Австрией. Более 56% немецкого экспорта потребляется другими странами ЕС.

Поэтому Германии не нужно искать новую экономическую модель, считает Петер Штраубхар. Но есть один четкий эффект, который станет продуктом виденья изолированной Америки Трампом: «Даже больше, чем раньше, мы зависим от процветания Европы. Внутренний рынок еще не был так важен».

Фото: EPA