Politico: Как договориться с Северной Кореей (перевод)

16 апреля 2017, 14:11 | Новости

Перевод статьи, опубликованной на сайте Politico 15 апреля

Автор: Уильям Дж. Перри, министр обороны США в 1994-1997 гг. Перевод: Шарий.NET

Эскалация напряженности сделала дипломатическое решение возможным. Это может быть нашим последним шансом.

Наращивание Северной Кореей ядерного арсенала и неоднократные угрозы режима КНДР использовать этот арсенал против других стран создали очень опасную ситуацию в Северо-Восточной Азии. Последняя провокация имела место в субботу, когда Пхеньян решился на проведение очередных ракетных испытаний, несмотря на призывы со стороны США не делать этого. (По некоторым сообщениям, ракета взорвалась почти сразу после запуска). Это может показаться парадоксальным, но эскалация напряженности подготовила почву для возможного дипломатического урегулирования. Остается только надеяться, что администрация Трампа увидит эту возможность и воспользуется ею.

Важно понять, какую опасность мы пытаемся предотвратить. Некоторые считают, что речь идет о реализации КНДР своих угроз и внезапном ядерном нападении. Разумеется, северокорейское руководство является злом, а поведение КНДР абсолютно безрассудно, но правительство там не сумасшедшее и не страдает суицидальными наклонностями. Основная его задача – поддерживать правящую династию Ким и, несмотря ни на что, они преуспевали в этом на протяжении многих десятилетий. В Пхеньяне понимают, что если они решатся нанести ядерный удар, ответные меры США приведут к гибели всего руководства и полному опустошению страны.

Главная опасность заключается в том, что Северная Корея может в один момент «перегнуть палку», спровоцировав военный ответ со стороны Южной Кореи. Это очень быстро может перерасти в полноценную традиционную войну, в которую США непременно будут втянуты, ведь 30 000 американских солдат расквартированы на территории Южной Кореи. КНДР, бесспорно, проиграет в этой войне, а режим, предвидя своё неизбежное падение, может санкционировать запуск всех ядерных ракет с целью устроить Корейский Армагеддон. Наши дипломатические усилия должны быть всецело направлены на предотвращение этого катастрофического исхода.

Я оцениваю данную ситуацию с точки зрения моего собственного опыта наблюдения за мотивами и вытекающей логикой действий северокорейского режима. В 1994 году, в качестве министра обороны в правительстве Билла Клинтона, я следил за тщательным планированием военного удара по ядерному реактору в северокорейском городе Йонбёне, чтобы предотвратить производство плутония, необходимого для создания ядерного оружия. Мы были настроены серьезно, и в Пхеньяне это прекрасно понимали. Мы использовали стратегию принудительной дипломатии, и нам удалось заключить сделку. Условия сделки были реализованы не полностью, но, тем не менее, соглашение приостановило ядерный прогресс КНДР на некоторое время.

Когда Клинтона избрали на второй срок, я покинул Пентагон и возглавил дипломатические усилия, направленные на долгосрочное решение северокорейской ядерной дилеммы. С нашими союзниками в Южной Корее и Японии мы обсуждали сделку, которая бы принесла нам желаемый результат: нормализация отношений с Пхеньяном в обмен на отказ режима от создания ядерного оружия. Мы были очень близки к заключению этого соглашения, а также возможному визиту президента в столицу КНДР. К сожалению, второй срок Билла Клинтона закончился именно тогда.

Президент Джордж Буш-младший отказался от дипломатической стратегии Клинтона в пользу своей конфронтационной модели. Я считаю, что он упустил бесценную возможность. Сегодня Северная Корея располагает от 10 до 20 ядерных ракет, что делает дипломатическое урегулирование куда более предпочтительным.

Почему мы, собственно, должны верить, что дипломатия сработает сейчас, если последние 16 лет она не приносила никаких плодов? Наша стратегия в тот период была основана, главным образом, на экономических стимулах и препятствиях посредством санкций. Эта стратегия не работала, потому что пока северокорейское руководство стремится улучшить хромающую экономику КНДР, эта цель подчинена другой – сохранению династии Ким у власти. По мнению правящей верхушки, эта цель может быть достигнута только тогда, когда за правителем стоит ядерный арсенал. Само собой, этот арсенал имеет смысл только в том случае, если его не использовать. Как только Пхеньян нанесет ядерный удар по другому государству, судьба режима предрешена.

Мы должны понимать это для разработки новой дипломатической линии. Мы должны показать руководству КНДР, что режим может выжить без ядерного оружия. Новая линия должна поддерживаться более мощными экономическими стимулами и наказаниями. Благодаря некоторым международным обстоятельствам это стало возможным, а руководство Северной Кореи, скорее всего, согласится на предложенные условия.

Первое обстоятельство – это возможность полноценного сотрудничества с Китаем. Это не означает, что Китай должен взять на себя исключительную ответственность за решение северокорейской проблемы, но США должны сделать Пекин полноправным партнером в рамках введения нового подхода. КНР – единственная страна в мире, которая может обеспечить необходимые экономические наказания, приостановив существенные поставки продовольствия и топлива в КНДР. До сих пор в Пекине отказывались пойти на такой шаг, но в последние месяцы ядерные угрозы Северной Кореи стали противоречить основным интересам Китая на мировой арене. Причиной является не только тот факт, что все эти провокации могут привести к региональной войне, которая теперь кажется чем-то большим, чем просто теоретическая возможность. Эти провокации могут вынудить Японию и Южную Корею разработать свое собственное ядерное оружие, а таких последствий Китай хотел бы избежать любой ценой.

Другим ключом к успеху могут быть растущие опасения Северной Кореи, что руководство страны «перегнуло палку» с ядерными угрозами и США готовы к военному удару. В ходе переговоров с двумя предыдущими Администрациями Пхеньян был убежден, что угроза американского или южнокорейского военного удара нереальна. Очень вероятно, что недавние военные кампании администрации Трампа – ракетный удар по сирийской авиабазе и развертывание группы американских авианосцев в непосредственной близости от Корейского полуострова, — заставили режим задуматься над обоснованностью своей убежденности. Теперь Ким Чен Ын должен понять, что существует реальная угроза военных действий со стороны США, и, исходя из этого, он должен изменить свою линию поведения.

Вероятность военного ответа со стороны Вашингтона сейчас почти такая же, как в 1994 году. Тогда мы четко дали понять Пхеньяну, что не позволим им создать свой ядерный арсенал, что у нас есть план на случай непредвиденных обстоятельств (суть которого была им известна) по уничтожению их ядерного объекта в Йонбёне. Мы также готовились к отправке многочисленного военного подкрепления в Южную Корею. Эти действия вынудили Ким Ир Сена просить о переговорах. Он также пообещал заморозить работы на ядерном объекте в Йонбёне на время переговоров.

Конечно, альтернативой дипломатическому урегулированию являются военные действия. США могли бы легко уничтожить ядерные объекты КНДР таким же образом, как и сирийскую авиабазу. Но последствия могут быть катастрофичными. Я считаю, что Северная Корея ответит военными действия против Южной, что быстро перерастет в полномасштабную войну. Любой из исходов этой войны приведет к поражению КНДР, но нашего союзника – Южную Корею, – ждут масштабные разрушения.

Придет время и для использования военной силы, но не стоит делать этого сейчас. Мы еще можем добиться дипломатического успеха. Вопрос в том, стоит ли нам использовать этот шанс, ведь он может быть последним?

Фото: Politeka

Lifestyle